Доклад на тему «Что такое диалог и монолог»

Введение

«Ты уроки сделал?» – «Почти». – «Это как?» – «Ну, математику сделал». Вот и готов диалог, самый обыкновенный, из тех, что звучат на любой кухне часов в восемь вечера. А теперь вспомните урок, где учительница двадцать минут объясняет причастный оборот и никто её не перебивает, разве что кто-то уронит пенал. Это монолог. Мы прыгаем из одной формы речи в другую по сто раз на дню и даже не замечаем прыжков.

Оба слова пришли из греческого. «Диа» – «между», «логос» – «слово», значит, диалог – слово между людьми. «Монос» – «один», и монолог выходит словом одного. Запомнить легко: монорельс, монопольный, моноколесо – всё про «один». А «диа» сидит в слове «диаметр», то есть «мерка насквозь», от края до края.

Зачем их различать, если и так всё понятно? Затем, что работают они по-разному. В разговоре главное – слушать и успевать отвечать, а ещё не перебивать, что удаётся далеко не всем. В монологе нужно довести мысль от начала до конца и не потерять слушателя где-нибудь на середине. Попробуйте рассказать у доски параграф по истории без бумажки – сразу почувствуете разницу.

Сначала поставим их рядом и сравним по нескольким признакам (таблица 1). Сколько человек говорит, из чего складывается речь, какие предложения в ней попадаются и где её чаще всего можно услышать.

Таблица 1 – Сравнение диалога и монолога

План у доклада короткий: сначала что это такое и из чего сделано, потом зачем оно нужно. Книги взяли самые обычные, с полки школьной библиотеки, и две старые статьи, про которые чуть ниже, потому что без них разговор о диалоге не обходится.

Глава 1. Теоретические основы диалога и монолога

1.1 Определение и классификация диалога и монолога

Откроем словарь Розенталя на букву «Д». Диалог там – обмен высказываниями двух или нескольких собеседников, а каждое высказывание зовётся репликой. На букве «М» найдём монолог: развёрнутую речь одного человека, обращённую к слушателям или к себе самому. Звучит как инструкция к пылесосу. Но давайте приглядимся.

Отдельная реплика почти ничего не значит. «Почти» – это что? Почти пришёл? Почти доел суп? Почти забил пенальти? Без вопроса про уроки ответ болтается, как пуговица на одной нитке. Монолог же стоит сам по себе. Его можно записать в тетрадь, найти через год на антресолях и прочитать без всяких подсказок.

Лев Якубинский ещё в 1923 году заметил: человек по природе собеседник, а не оратор. Понаблюдайте за двухлетним племянником или соседским малышом. Трещит без умолку, переспрашивает, требует, но стоит попросить рассказать про Колобка от начала до конца – и после «жили-были дед да баба» начинается каша. Связному рассказу учатся годами, отсюда все эти бесконечные пересказы и изложения в школе.

Возьмём для примера обычный приём у врача. «На что жалуетесь?» – «Горло». – «Давно?» – «Со вторника». У каждого своя роль, и разговор катится по привычным рельсам. С приятелем на перемене всё иначе: половина фраз оборвана, а понимаете вы друг друга по одному взгляду. Если же к разговору подключаются трое, четверо, вся семья за ужином, лингвист назовёт это полилогом.

С монологом то же самое: всё зависит от того, чего хочет говорящий. Рассказать, как съездили к бабушке в Тамбов, – одно. Описать новые кроссовки так, чтобы друг увидел их без фотографии, – другое. Доказать родителям, что собака в квартире – отличная идея, – третье. И есть в книгах внутренний монолог: Раскольников бродит по душному летнему Петербургу и спорит сам с собой, а мы слышим каждое слово, хотя рта он не раскрывает.

Драматурги монолог обожают. Герой остаётся один, свет гаснет, остаётся пятно прожектора, и он думает вслух. «Быть или не быть» цитируют даже те, кто Шекспира не открывал. У нас в программе есть Чацкий и его «А судьи кто?», и девятиклассники учат его наизусть, иногда с ненавистью, иногда, к их собственному удивлению, с удовольствием.

Бахтин подметил вещь, которая сначала кажется странной. Монолог тоже кому-то отвечает. Лектор мысленно отбивается от вопросов, которых ему пока не задали. Пишущий письмо бабушке заранее слышит её «а шапку ты носишь?» и вставляет фразу про шапку. Невидимый собеседник есть почти всегда.

Можно устроить маленький опыт прямо на уроке. Двое выходят к доске и три минуты разговаривают о каникулах, а класс записывает, сколько раз один перебил другого и сколько фраз осталось недоговорёнными. Потом один из них три минуты рассказывает о тех же каникулах сам. Разница в построении речи становится видна без всяких учебников, и обычно все смеются над количеством «ну» и «короче».

1.2 Структура диалога и монолога

У диалога есть своя механика, почти как у часов. Самая мелкая деталь – диалогическое единство, пара реплик, которые держатся друг за друга. Вопрос – ответ. Просьба – согласие или отказ. «Передай соль». – «Держи». Из таких пар собирается любой разговор, хоть пятиминутный, хоть трёхчасовой телефонный марафон с подругой.

Реплики обычно неполные. Никто не скажет «Да, я сделал уроки по математике, а по русскому языку не сделал». Скажут «Математику – да, русский – нет», и всё ясно. Пропущенное подхватывается из предыдущей реплики. Ещё в разговоре полно «ну», «ага», «слушай», «короче». На бумаге они выглядят мусором, а в живой речи работают как кивок: «я тут, я слушаю».

Насколько реплика короче фразы из доклада, можно проверить самому, с карандашом. Пример такого подсчёта на рисунке 1 – средняя длина предложения в словах для нескольких видов речи. Предупреждаем: цифры условные, это учебный пример по небольшим отрывкам, а не научное исследование. Возьмите любые тексты и посчитайте, у вас выйдут свои.

Рисунок 1 – Средняя длина предложения в разных видах речи, слов (пример подсчёта)

Даже на условных цифрах разница бросается в глаза. Реплика в бытовом разговоре раза в три короче фразы в докладе, а научная статья тянет предложения ещё дальше. Причина простая: в монологе нельзя переспросить, и говорящий заранее укладывает в одну фразу всё, о чём слушатель мог бы спросить.

Монолог устроен иначе, по схеме школьного сочинения: вступление, середина, вывод. Скрепляют его словечки «во-первых», «поэтому», «например», «итак», и без них речь рассыпается, как бусы с порванной нитки. Хороший рассказчик ведёт слушателя от зала к залу, словно экскурсовод в Эрмитаже. Плохой бросает его посреди коридора и уходит.

Как понять, вышел ли монолог? Запишите себя на диктофон и послушайте через час, не подглядывая в текст. Если на середине вы и сами забыли, к чему вели, слушатель отключился минутой раньше. Помогает простая хитрость: объявить план в начале, «расскажу о трёх вещах», и загибать пальцы.

На письме у диалога свои правила. Реплика с новой строки, в начале тире, слова автора отделяются запятой и тире: «– Ты придёшь? – спросила Маша». Мелочь, а на ней спотыкаются и пятиклассники, и выпускники на ЕГЭ.

Отдельный зверь – переписка в мессенджере. Это вроде бы диалог, но письменный. Сообщения рубятся на огрызки: «ну», «я», «короче», «щас буду». Смайлик заменяет улыбку, скобочка – подмигивание, а три точки «собеседник печатает…» держат в напряжении сильнее детектива. Лингвисты называют такую речь письменной разговорной и изучают её вполне серьёзно.

Кстати, у переписки появились свои правила вежливости. Сообщение без единого знака препинания читается спокойно, а та же фраза с точкой в конце многим кажется сердитой. «Ок.» и «ок» – два совершенно разных ответа, и это знает любой подросток. В живом разговоре эту разницу передаёт голос, а в чате приходится обходиться точкой.

Получается, что диалог и монолог – две походки одного языка. На уроке они сменяют друг друга каждые пять минут: объяснение, вопрос «Всем понятно?», вялое «да» с задней парты, снова объяснение. Какую пользу приносит каждая из походок, посмотрим во второй главе.