Реферат на тему «Система образов в „Слове о полку Игореве“»

Введение

Весной 1185 года новгород-северский князь Игорь Святославич с братом Всеволодом, сыном и племянником пошёл в степь на половцев, никого не предупредив в Киеве. Поход закончился разгромом на реке Каяле, сам Игорь попал в плен, и с военной точки зрения это была скорее неудача, чем подвиг. Зато о ней написано, пожалуй, самое загадочное произведение древнерусской литературы.

Автор «Слова о полку Игореве» неизвестен, а единственная рукопись сгорела в московском пожаре 1812 года, так что спорят о «Слове» до сих пор: и о датировке, и о тёмных местах текста, и даже о том, не подделка ли это. Последний спор, если говорить о научном мнении, во многом закрыл академик А. А. Зализняк, показавший в книге 2004 года, что подделать такой язык в XVIII веке было практически невозможно.

В этом реферате речь идёт о системе образов «Слова», то есть о том, какие персонажи и картины есть в произведении и как они связаны между собой. Открытая часть посвящена образам князей, следующие главы рассматривают образы природы и воинов.

Школьнику «Слово» обычно попадается в двух видах, в древнерусском тексте с подстрочником и в переводе Н. А. Заболоцкого, и впечатление от них совсем разное. В подлиннике половина слов непонятна без комментария, а у Заболоцкого получилась почти современная поэма, где природа плачет вместе с людьми, а князья выходят на сцену по очереди. Комментарии брались из издания «Библиотеки поэта» 1985 года, из книг Д. С. Лихачёва и из пятитомной «Энциклопедии „Слова о полку Игореве“», которую выпустил Пушкинский Дом.

Таблица в первой главе сравнивает князей и приёмы, которыми автор их рисует. На рисунке дана хронология судьбы рукописи: без неё трудно понять, откуда у этого текста столько загадок.

Глава 1. Образы князей и их роль в повествовании

1.1 Образы князей в «Слове о полку Игореве»

С Игорем у автора отношения непростые. Князь хочет «испить шеломом Дону», не поворачивает назад даже после дурного знамения и говорит дружине, что лучше быть убитым, чем пленённым. И всё же в поход он пошёл ради собственной славы, втайне от киевского князя и от союзников, и в итоге положил на Каяле почти всё своё войско.

Затмение, о котором говорится в «Слове», было настоящим: оно случилось 1 мая 1185 года и было видно на юге Руси, о нём рассказывают и летописи. В «Слове» затмение становится знаком беды, но Игорь говорит дружине, что лучше быть убитым, чем пленённым, и ведёт её дальше. Читатель уже понимает, чем это кончится, а герой ещё нет, и от этого сцена с затмением читается тревожнее, чем любое прямое предсказание.

Рядом с Игорем стоит его брат Всеволод, курский князь, которого автор называет «буй тур», то есть дикий бык. Его образ почти целиком построен на силе: он мечет стрелы, гремит мечами о шлемы, и в бою «забыл честь и богатство», забыл даже о своей жене. Если Игорь показан всё-таки как человек, который думает и сомневается, то Всеволод больше похож на героя былины, для которого нет ничего, кроме битвы.

Совсем другой образ у киевского князя Святослава Всеволодовича. Он в походе не участвует, а появляется во второй части, когда видит тревожный сон и затем произносит знаменитое «золотое слово», упрёк Игорю и Всеволоду, смешанный со слезами. Святослав в «Слове» выглядит мудрым старшим князем, который понимает, что раздоры губят Русскую землю, но уже не может их остановить.

Святослав обращается к другим князьям: к Всеволоду Большое Гнездо во Владимире, к Ярославу Осмомыслу в Галиче, к Роману и Мстиславу и ещё к целому ряду правителей. Каждого он называет по заслугам и каждого зовёт «вступить в золотое стремя» за землю Русскую. Эта часть текста похожа на перекличку, и через неё автор показывает, сколько на Руси сильных князей и как мало они действуют вместе.

Основные княжеские образы удобнее сравнить в таблице 1. В неё попали только князья, о которых автор говорит подробно, хотя по имени в «Слове» упомянуто гораздо больше людей.

Таблица 1 — Образы князей в «Слове о полку Игореве»

Ярославна, жена Игоря, не княгиня в смысле власти, но включить её в эту таблицу было необходимо. Её плач на городской стене Путивля считают одним из самых красивых мест древнерусской поэзии. Она просит ветер, Днепр и солнце пощадить мужа, и после её плача Игорь действительно бежит из плена, так что автор как будто связывает одно с другим.

1.2 Роль образов князей в повествовании

Автор то и дело оглядывается назад, лет на сто. Он вспоминает деда Игоря, Олега Святославича, и даёт ему прозвище «Гориславич», потому что тот ковал крамолу мечом и не раз приводил половцев на Русь в своих спорах с родичами. Внуку достаются, выходит, не только храбрость, но и дедовская привычка действовать в одиночку, и мысль эта в тексте звучит без всякой подсказки.

Лихачёв писал, что «Слово» по сути призыв к единству князей перед лицом степи, и спорить с ним мало кто берётся. Хотя, если вчитаться, у автора нет готового рецепта. Святослав плачет и упрекает, называет каждого князя по имени, зовёт «вступить в золотое стремя», а откликнулся ли кто-нибудь, в тексте так и не сказано, и это молчание звучит довольно горько.

Злодеем Игорь в «Слове» всё-таки не стал. В последних строках он скачет в Киев, к церкви Богородицы Пирогощей, и «страны рады, грады весёлы», а заканчивается всё славой князьям и дружине. Для слушателей конца XII века, видимо, важно было, что князь вернулся живым, а поражение, как бы тяжело оно ни было, не перечеркнуло его храбрости.

Ещё одна роль княжеских образов связана с композицией. Действие идёт не по прямой: сначала поход и битва, потом сон Святослава и его слово в Киеве, потом плач Ярославны в Путивле, затем побег. Князья появляются как будто в разных местах сцены, а их речи и поступки переключают читателя из степи в Киев и обратно, поэтому «Слово» и кажется таким многоголосым.

Отдельный вопрос, насколько точно «Слово» передаёт настоящих людей. Об этом можно судить по летописям, прежде всего Ипатьевской и Лаврентьевской, где тоже рассказано о походе 1185 года. В летописи Игорь даже раскаивается более подробно, а у автора «Слова» на первом месте не покаяние, а печаль о Русской земле, и это разница между хроникой и поэзией.

Узнали мы обо всём этом во многом благодаря случаю. Рукопись «Слова» нашёл граф А. И. Мусин-Пушкин в конце XVIII века, напечатал её в 1800 году, а через двенадцать лет она сгорела вместе с его домом во время пожара Москвы. Как видно на рисунке 1, от похода до издания прошло больше шести веков, а сам подлинник прожил в руках учёных всего около двух десятилетий, и всё, что у нас есть, это первое издание и копия, сделанная для Екатерины II.

Рукопись, которую видел Мусин-Пушкин, сама была поздним списком, скорее всего XVI века, и переписчик многого уже не понимал. Слова в древних рукописях писали подряд, без пробелов, и первые издатели разделяли их как могли. Отсюда «тёмные места», над которыми бьются до сих пор: кто такой Троян, что за «дивъ» кричит на вершине дерева, как правильно читать отдельные имена и прозвища.

Для школьного реферата всё это кажется далёким, но на деле объясняет простую вещь. Переводы «Слова» у Жуковского, Заболоцкого и Лихачёва заметно отличаются друг от друга, и образ того же Всеволода или Святослава в них звучит немного по-разному. Если на уроке спрашивают, какое прозвище у князя и что оно значит, лучше заглянуть в комментарий, а не верить первому попавшемуся переводу.

Природа и воины, о которых идёт речь во второй и третьей главах, в «Слове» ничуть не меньше героев, чем князья. Солнце закрывает путь войску, галки и орлы предвещают беду, Донец разговаривает с Игорем, а Днепр слушает Ярославну.