Реферат на тему «Обозначение белорусского рубля»

Введение

BYB, BYR, BYN. Три кода, а валюта одна — белорусский рубль. Если взять банковскую выписку 1998 года, там будет первый код, в квитанции 2010 года второй, а на чеке из минского магазина сегодня третий. Разобраться, откуда взялись три обозначения, можно только через историю самих денег, и история эта оказывается довольно бурной.

Буквы выбраны не наугад. Коды валют присваивает международный стандарт ISO 4217. Первые две буквы — код страны (BY), третья обычно берётся из названия денег. У каждого кода есть и трёхзначный номер: 112, 974 и 933. Его читают не люди, а программы банков, где буквы могут перепутаться при передаче.

Помимо кода, у рубля есть и бытовые обозначения. В русскоязычных текстах пишут «руб.» или «бел. руб.», на ценниках и в банковских документах часто встречается латинское Br. Первые купюры 1992 года, где на рублёвой был нарисован заяц, народ окрестил «зайчиками», и это слово до сих пор иногда звучит в разговоре про белорусские деньги вообще.

По-белорусски валюта называется «рубель», и на банкнотах написано именно так, на двух языках страны. В реферате прослежено, как этот рубель появился, почему его дважды «укорачивали» и что это дало экономике, а правила записи кода и сокращений отложены до второй главы. Три «версии» рубля сведены в таблицу 1.

Похожий путь прошли и соседи. Российский рубль в 1998 году деноминировали в 1000 раз, и код сменился с RUR (810) на RUB (643). Украина в 1996 году заменила карбованец гривной, причём 100 000 карбованцев превратились в 1 гривну. Так что три кода у одной валюты — для постсоветских денег скорее правило, чем исключение.

Таблица 1 — Коды белорусского рубля по стандарту ISO 4217

Глава 1. История введения белорусского рубля

1.1 Этапы введения белорусского рубля

Зимой 1991–1992 годов в Минске, как и по всему бывшему Союзу, ходили советские рубли, но их катастрофически не хватало. Россия в январе 1992 года отпустила цены и стала печатать деньги сама, а остальные республики оказались в положении зависимых. В мае 1992 года Национальный банк Беларуси выпустил собственные расчётные билеты. Поначалу они ходили вместе с советскими рублями и обменивались по курсу 1 к 10.

Само название «расчётный билет» звучит как что-то временное, вроде талона. Так и задумывалось. В 1993–1994 годах Минск и Москва подписывали соглашения о единой денежной системе, и белорусский рубль мог бы исчезнуть, не прожив и трёх лет. Союз денег не сложился, и временные бумажки со зверями остались настоящими деньгами страны.

Рисовали на этих купюрах зверей, и выбор вышел почти детским. Белка на 50 копейках, заяц на рубле, на следующих номиналах бобры, волки, рысь, лось, медведь, зубр. Защита была слабой, бумага простой, печатали спешно. Но «зверинец» полюбился, и коллекционеры охотно собирают полные наборы.

Девяностые прошли под знаком инфляции. Номиналы росли, и к концу десятилетия в ходу были купюры в десятки тысяч рублей, а копейки исчезли из обихода. На покупку хлеба и молока уходила целая пачка бумажек. Хуже всего приходилось бухгалтерам: в отчётах суммы шли с девятью-десятью знаками, и одна пропущенная цифра превращала миллион в сто тысяч.

С 1 января 2000 года от сумм отрезали три нуля: 1 000 рублей BYB стали одним рублём BYR. Возьмём условный проездной за 20 000 рублей: после реформы на нём написали бы 20. Монет снова не выпустили, роль мелочи играли купюры в 1, 5, 10 и 20 рублей, и мелкие бумажки быстро превращались в мятые тряпочки.

Почему не выпустили монеты? Чеканить их дороже, чем печатать бумажки, а при быстрой инфляции металл в монете мог бы стать дороже её номинала. Банк, видимо, не был уверен, что рубль удержится, и не стал рисковать. Монеты появились только тогда, когда инфляцию удалось заметно снизить.

Передышка оказалась короткой. В 2011 году рубль за несколько месяцев подешевел к доллару почти втрое, и цены снова поползли вверх. В 2012 году появилась купюра в 200 000 рублей, крупнейшая в истории белорусских денег. Обычный чек из продуктового магазина выглядел как телефонный номер, а туристы из России подолгу стояли у ценников с калькулятором.

Вторую деноминацию готовили заранее и долго. Новые банкноты нарисовали и напечатали ещё в 2009 году, поэтому на них стоит именно этот год, но реформу несколько раз откладывали. Провели её только 1 июля 2016 года: 10 000 рублей образца 2000 года стали 1 рублём BYN, а в кошельках белорусов впервые появились монеты — от 1 копейки до 2 рублей.

У серии 2009 года есть своя идея оформления: каждая банкнота посвящена одной из областей Беларуси или Минску, на ней изображены здания и памятники этого края. Монеты получили изображения на тему природы и культуры.

Перемножим: 1 000 × 10 000 = 10 000 000. Ровно столько рублей образца 1992 года «сидит» в одном нынешнем рубле, то есть с купюр за 24 года убрали семь нулей, три в 2000 году и четыре в 2016-м. На рисунке 1 это выглядит так.

Для сравнения: Югославия в начале 1990-х и Зимбабве в 2000-х отбрасывали нули десятками, а цены там менялись по нескольку раз в день. Белорусские реформы прошли спокойнее. В 2016 году старые купюры принимали вместе с новыми до конца года, а ценники полгода печатали в двух валютах сразу.

Таблица 2 — Как деноминация 2016 года изменила цифры (условный пример)

1.2 Влияние на экономику

Деноминация — не девальвация. Девальвация удешевляет деньги относительно других валют, а деноминация меняет только масштаб. Пусть зарплата была 8 000 000 рублей BYR, а батон стоил 15 000. С 1 июля 2016 года зарплата стала 800 рублей, батон — 1,50. Батонов на зарплату как было 533, так и осталось.

Так зачем вся затея? Короткие числа удобнее: меньше ошибок в кассе и в отчётах, проще ценники. Монета служит десятилетиями, а мелкая бумажная купюра изнашивается за год-полтора, и печатать её заново — расход. К тому же валюта с ценами в рублях и копейках вызывает больше доверия, чем валюта с ценами в сотнях тысяч, а доверие к деньгам влияет на то, хранят ли люди сбережения в своей валюте или в долларах.

Важно и то, что люди держат сбережения. Когда своя валюта дешевеет на глазах, деньги несут в обменник и хранят в долларах или евро, и экономисты называют это долларизацией. Короткие суммы и монеты сами по себе её не останавливают, тут важнее низкая и предсказуемая инфляция.

Были и расходы. Пришлось перепрограммировать кассы, банкоматы, билетные автоматы, переделать бухгалтерские программы и формы отчётности. Статистикам пришлось пересчитать старые данные, чтобы ряды цен за 2015 и 2017 годы можно было сравнить. Каждое такое изменение стоит денег и времени, поэтому деноминации и не проводят часто.

Наконец, сам код. Если бы после реформы оставили старый код, банк в другой стране мог бы принять платёж в «рублях» и ошибиться в десять тысяч раз. Поэтому стандарт ISO 4217 требует нового кода при каждой смене номинала, и BYR сменился на BYN. Сейчас старые коды остались только в архивах и учебниках, а как правильно писать нынешние, разобрано во второй главе.