Реферат на тему «Антисоветская пропаганда эпохи холодной войны»

Введение

В СССР их называли «вражескими голосами». Вечером на кухне крутили ручку настройки «Спидолы», пробиваясь сквозь вой глушилок к «Голосу Америки» или Би-би-си, и это было обычным делом для миллионов семей. Радиопередачи на русском языке — только одна, хотя и самая известная, часть огромной пропагандистской машины, которую западные страны построили против Советского Союза в годы холодной войны, с середины 1940-х до конца 1980-х годов.

Изучать её полезно не только ради истории. Тогда впервые в таком масштабе были опробованы приёмы, которые используются и сегодня: образ врага в кино и газетах, вещание на языке противника, тайное финансирование «нужных» журналов и конференций. Кто знает, как это было устроено в 1950-е годы, тому проще заметить похожие приёмы в нынешней ленте новостей.

Цель реферата — описать направления, каналы и приёмы антисоветской пропаганды эпохи холодной войны. Задачи: показать начало информационного противостояния; рассказать о главных каналах, прежде всего о радио; разобрать образ СССР в западной массовой культуре; описать скрытые операции в культуре; оценить советский ответ.

Для реферата использованы сборник «Холодная война. 1945–1963 гг. Историческая ретроспектива» (ответственные редакторы Н. И. Егорова и А. О. Чубарьян), пособие В. О. Печатнова и А. С. Маныкина по внешней политике США и книга Ф. С. Сондерс «ЦРУ и мир искусств».

Глава 1. Истоки и каналы антисоветской пропаганды

1.1 Начало информационного противостояния

Пока шла Вторая мировая война, американская и британская печать писала о союзнике по большей части тепло. Сталинград вызывал восхищение, журнал «Тайм» в январе 1943 года назвал Сталина «человеком года», а Голливуд снимал фильмы вроде «Миссии в Москву». После победы всё быстро изменилось. Споры о том, кому контролировать Восточную Европу, что делать с Германией и как поделить влияние в мире, за пару лет превратили вчерашних союзников в противников.

Удобной точкой отсчёта считается речь Уинстона Черчилля, к тому моменту уже не премьер-министра, в Вестминстерском колледже американского городка Фултон 5 марта 1946 года. Он сказал, что от Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике на континент опустился «железный занавес». Через девять дней Сталин в интервью «Правде» ответил, что Черчилль, как и Гитлер, начинает дело развязывания войны с расовой теории. С этого обмена репликами образ врага начали создавать обе стороны.

В самих США атмосфера накалялась в конце 1940-х. В марте 1947 года прозвучала доктрина Трумэна, Комиссия Палаты представителей по антиамериканской деятельности взялась за Голливуд, а в феврале 1950 года никому прежде не известный сенатор Джозеф Маккарти заявил в Уилинге, что у него есть список коммунистов, работающих в Госдепартаменте. Так началась «красная угроза», и пропаганда против СССР за рубежом стала неотделима от поиска «врагов» дома.

1.2 Радиовещание на Советский Союз

Главным инструментом, позволявшим западной пропаганде проникнуть за «железный занавес», стало радио. Газеты и книги легко задерживались на границе, а радиоволны пересекали её беспрепятственно. Уже в 1946 году начала работу русская служба Би-би-си, в 1947 году — русская служба «Голоса Америки». В 1953 году из Мюнхена начала вещание радиостанция «Освобождение», позднее переименованная в «Свободу». Она финансировалась через ЦРУ, хотя официально считалась частной, и выступала не как голос иностранного государства, а как голос эмигрантов, говорящих со своими соотечественниками.

Основные иностранные радиостанции, вещавшие на русском языке, приведены в таблице 1.

Таблица 1 — Основные иностранные радиостанции, вещавшие на СССР на русском языке

Хронология появления этих станций показывает, что основная сеть иностранного вещания на СССР сложилась за первые полтора десятилетия холодной войны (рисунок 1).

Советское руководство видело в «вражеских голосах» серьёзную угрозу. С конца 1940-х годов по всей стране строились станции глушения, которые создавали помехи на частотах иностранного вещания. Глушение обходилось очень дорого и никогда не было полностью успешным: в небольших городах и в сельской местности передачи часто удавалось расслышать. В годы оттепели и разрядки глушение некоторых станций временно ослабляли, а окончательно его прекратили только в конце 1980-х годов, в период перестройки.

Слушали «голоса» многие, особенно интеллигенция и молодёжь, хотя точных цифр, разумеется, никто не вёл. Причём интересовала слушателей не только политика. Ночная передача Уиллиса Коновера «Час джаза» на «Голосе Америки» шла с 1955 года, и для нескольких поколений советских меломанов она была едва ли не единственным источником новой музыки. Для создателей пропаганды это был ценный урок: джаз делал образ Америки привлекательнее, чем любые политические комментарии.

1.3 Печатное слово и «тамиздат»

Кроме радио, были книги и журналы. Эмигрантское издательство «Посев» во Франкфурте-на-Майне выпускало одноимённую газету и журнал «Грани», печатались запрещённые в СССР авторы, и всё это разными путями попадало через границу: в чемоданах туристов и моряков, в посылках, через иностранных студентов. Такую литературу называли «тамиздатом», в отличие от «самиздата», который перепечатывали на машинке у себя дома.

Громче всего прозвучала история «Доктора Живаго». Советские журналы роман Б. Л. Пастернака не взяли, и в 1957 году он вышел в Милане по-итальянски, а в 1958 году Пастернаку присудили Нобелевскую премию. Документы, рассекреченные ЦРУ в 2014 году, показали, что управление тайно напечатало роман на русском языке в Нидерландах и раздавало его советским посетителям Всемирной выставки в Брюсселе. В СССР началась травля, и Пастернак от премии отказался. «Архипелаг ГУЛАГ» А. И. Солженицына, впервые изданный в Париже в 1973 году, западные радиостанции потом читали в эфире главу за главой.

Глава 2. Содержание и приёмы антисоветской пропаганды

2.1 Образ СССР в западном кино и массовой культуре

Радио работало на советского слушателя, а кино и комиксы — на своего, западного. В 1948 году на экраны вышел фильм «Железный занавес» о шифровальщике советского посольства в Оттаве Игоре Гузенко, который в 1945 году перешёл на сторону канадцев с документами о советской разведке. За ним последовали десятки фильмов о шпионах и коммунистических заговорах. Католическая организация в Миннесоте в 1947 году выпустила комикс «Это завтра?» о том, как коммунисты захватывают Америку, и его тираж, по сообщениям того времени, составил несколько миллионов экземпляров.

Набор черт у «русского» в таких историях был небогатый. Чаще всего это безликий исполнитель приказов или фанатик, готовый на всё. Советская жизнь на экране серая и бедная, все друг за другом следят, а если герой-коммунист вдруг влюбляется или сомневается, к финалу он, как правило, бежит на Запад. Этот стереотип пережил саму холодную войну и до сих пор встречается в боевиках и компьютерных играх.

Новый подъём пришёлся на начало 1980-х годов. После ввода советских войск в Афганистан в декабре 1979 года разрядка закончилась, а 8 марта 1983 года Р. Рейган в речи перед евангелистами в Орландо назвал СССР «империей зла». Голливуд не отставал: в «Красном рассвете» (1984) советские десантники высаживаются в американском городке, в «Рокки 4» (1985) боксёр Иван Драго выглядит почти машиной, а в «Рэмбо 3» (1988) герой воюет с советской армией в Афганистане. Эти фильмы шли с огромным успехом и закрепили у массового зрителя упрощённый образ противника на годы вперёд.

2.2 Культурный фронт и скрытые операции

Была и пропаганда, которую не афишировали. В июне 1950 года в Западном Берлине прошёл учредительный съезд Конгресса за свободу культуры, куда съехались известные писатели и философы, противники коммунизма. Конгресс выпускал журналы в десятках стран (в Великобритании, например, «Encounter»), устраивал конференции, выставки, концерты. В 1966–1967 годах американская пресса, в том числе журнал «Ramparts» и газета «Нью-Йорк таймс», раскрыла, что деньги на всё это шли от ЦРУ через подставные фонды. Многие участники об этом не знали и узнали из газет.

Британская журналистка и историк Ф. С. Сондерс в книге «ЦРУ и мир искусств» показала, что поддержка западного искусства, от абстрактной живописи до гастролей симфонических оркестров, рассматривалась в Вашингтоне как способ доказать превосходство свободного общества. Пропаганда такого рода не ругала СССР напрямую. Она показывала другую жизнь и оставляла зрителю сделать вывод самому, и действовала, по мнению многих историков, сильнее прямых призывов.