Научная статья на тему «Распространение психологических знаний среди широких слоёв населения»

Аннотация. Рассматривается вопрос о том, какими путями психологические знания доходят до людей, не связанных с психологией профессионально, и почему количество таких знаний не всегда переходит в качество. Материалом послужили работы И. В. Дубровиной и Э. Джорма, профессиональный стандарт педагога-психолога, доклады ВОЗ 2022 года. Предложена группировка форм психологического просвещения по охвату аудитории и глубине воздействия; отдельно разобраны три риска популярной психологии и сформулированы требования к просветительскому тексту.

Ключевые слова: психологическое просвещение, психологическая грамотность, mental health literacy, популяризация науки, профилактика, научно-популярная литература.

Введение

Слова «тревожность», «выгорание», «абьюз» и «личные границы» лет пятнадцать назад встречались в основном в профессиональных журналах. Сейчас их можно услышать в школьной раздевалке и в очереди в поликлинику. На полках книжных магазинов психология соседствует с кулинарией, а число блогеров, которые рассказывают подписчикам о психике, вряд ли кто-то возьмётся подсчитать. Формально психологических знаний в обществе стало намного больше. Другой вопрос, насколько они точны и помогают ли кому-нибудь.

Для специалистов этот вопрос далеко не праздный. По оценке ВОЗ, в 2019 году с психическими расстройствами жил примерно каждый восьмой житель Земли, около 970 млн человек [4]. Большинство из них никакой помощи не получали, и среди причин в докладах ВОЗ постоянно называются стигма и плохая осведомлённость: человек не узнаёт у себя депрессию, считает её слабостью характера или просто не знает, к кому идти. Отсюда интерес к просвещению как к недорогому способу профилактики.

Цель статьи — описать формы распространения психологических знаний среди населения и определить условия, при которых просвещение действительно повышает психологическую грамотность. Задачи: уточнить понятие психологического просвещения; сгруппировать его формы; выявить риски популярной психологии; сформулировать требования к просветительским материалам.

Материалы и методы

Работа теоретическая. Использованы публикации по проблемам психологического просвещения и грамотности в вопросах психического здоровья, профессиональный стандарт «Педагог-психолог (психолог в сфере образования)» (приказ Минтруда России от 24.07.2015 № 514н) [2], «Доклад о состоянии психического здоровья в мире» ВОЗ 2022 года и информационный бюллетень ВОЗ о психических расстройствах [4; 5]. Методы — теоретический анализ, сравнение и классификация.

Сразу оговорим ограничение. Оценки эффективности конкретных российских просветительских программ публикуются редко, а методики у разных авторов настолько различны, что сводить их цифры в одну таблицу было бы некорректно. Поэтому речь в статье идёт о классификации форм и о качественных критериях, которые можно затем проверить эмпирически.

Результаты

Понятие психологического просвещения

В отечественной практической психологии просвещение традиционно стоит в одном ряду с диагностикой, консультированием, коррекцией и профилактикой. И. В. Дубровина понимала его как приобщение взрослых и детей к психологическим знаниям, которые нужны им для решения жизненных задач и для понимания себя и других [1]. В профстандарте педагога-психолога просвещение вынесено в отдельную трудовую функцию, то есть закреплено как самостоятельный вид работы, а не как приложение к консультированию [2].

Англоязычная традиция пришла к близкой идее с другой стороны. В 1997 году австралийский психиатр Энтони Джорм с соавторами опросили около двух тысяч взрослых австралийцев, показав им описания человека с депрессией и человека с шизофренией. Правильно назвать депрессию смогли лишь около 39 % опрошенных, а многие полезные с точки зрения врачей методы лечения люди считали вредными [3]. Для описания этой проблемы Джорм и предложил термин mental health literacy, то есть грамотность в вопросах психического здоровья: знания и убеждения, которые помогают распознать расстройство, справиться с ним или его предотвратить.

Насколько велик масштаб задачи, видно по данным ВОЗ о распространённости отдельных расстройств (рисунок 1).

Тревожные расстройства и депрессия вместе затрагивают около 580 млн человек, а в первый год пандемии COVID-19, по оценке ВОЗ, их распространённость выросла ещё примерно на четверть [5]. Специалистов при этом не хватает: во многих странах на сто тысяч жителей приходятся единицы психиатров и психологов. Рассчитывать только на их приём не приходится, и часть работы неизбежно ложится на просвещение.

Формы распространения психологических знаний

Формы просвещения различаются охватом, глубиной воздействия и тем, есть ли у слушателя возможность задать вопрос. Сравнение приведено в таблице 1.

Таблица 1 — Формы распространения психологических знаний

Закономерность легко заметить: чем шире охват, тем меньше глубина. Школьный психолог за урок поговорит с тридцатью подростками и сможет разобрать их собственные ситуации. Ролик длиной в минуту посмотрит миллион человек, но каждый унесёт с собой обрывок сведений, причём не всегда верный.

Риски популярной психологии

Первый риск связан с языком. Клинические термины в популярных текстах превращаются в бытовые ярлыки, и вот уже плохое настроение после ссоры называют депрессией, а неприятного коллегу — нарциссом. У этого процесса есть и полезная сторона: люди меньше стесняются говорить о своих трудностях. Но граница между нормой и расстройством размывается, и человек с настоящей депрессией рискует услышать, что «у всех бывает».

Второй риск — методы самопомощи без всякой доказательной базы. Тест, определяющий тип личности по любимому цвету, техника, которая обещает навсегда избавить от тревоги за один вечер, марафон личностного роста за небольшую плату собирают большую аудиторию именно своей простотой. Разочаровавшись в них, человек нередко разочаровывается и в психологии вообще, в том числе в специалистах, которые работают по проверенным методикам.

Третий риск заметен хуже. Популярные материалы обычно адресованы тем, у кого всё в целом благополучно и кто хочет лучше понять себя. Человек в остром кризисе в них часто не находит главного — сведений о том, куда обратиться прямо сейчас. Между тем в России с 2010 года работает единый детский телефон доверия 8-800-2000-122, есть бесплатные линии экстренной психологической помощи для взрослых, но в популярных публикациях о них пишут куда реже, чем о продуктивности и мотивации.

Требования к просветительским материалам

Из сказанного вытекают несколько требований. Качественный материал опирается на исследования и называет их; разводит бытовое и клиническое значение терминов; не обещает быстрых чудес; обязательно говорит, в каких случаях пора к специалисту и к какому именно. Автор открыто называет свою квалификацию, чтобы читатель мог отличить мнение клинического психолога от мнения человека, который прочитал две книги и завёл блог.

Обсуждение

Полученная группировка не означает, что какие-то формы просвещения плохи, а какие-то хороши. Скорее они дополняют друг друга. Короткое видео может заинтересовать подростка, который никогда не открыл бы учебник психологии, а лекция школьного психолога или хорошая книга дадут ему то, чего в видео не было: контекст, оговорки и возможность спросить. Австралийская программа «Первая помощь при психических расстройствах», которую Б. Китченер и Э. Джорм начали в 2000 году, как раз и построена на сочетании короткого обучения с практическими упражнениями, и сейчас её курсы проводятся во многих странах.