Научная статья на тему «Современные теории идентичности»

Аннотация. В статье сопоставляются основные подходы к изучению идентичности, сложившиеся во второй половине XX — начале XXI века: психологическая теория Э. Эриксона и статусная модель Дж. Марсиа, теория социальной идентичности А. Тэшфела и Дж. Тёрнера, концепции рефлексивной и «текучей» идентичности Э. Гидденса и З. Баумана, типология М. Кастельса. Предложена группировка теорий по тому, что считается источником идентичности, и показано, какие из них лучше подходят для анализа российской ситуации, где вопрос о гражданской идентичности закреплён в документах государственной политики.

Ключевые слова: идентичность, социальная идентичность, кризис идентичности, рефлексивность, текучая современность, гражданская идентичность, самокатегоризация.

Введение

Понятие идентичности пришло в социальные науки сравнительно поздно. Ещё в начале XX века социологи говорили о «я», личности и социальном характере, а слово «идентичность» широко распространилось лишь после работ Э. Эриксона 1950–1960-х годов. С тех пор оно стало одним из самых употребительных и одновременно самых размытых терминов: им пользуются психологи, социологи, политологи, исследователи культуры и медиа, вкладывая в него разное содержание.

Мода здесь ни при чём, за распространением слова стоят перемены в самой жизни. Крестьянину XVIII века, который родился и умер в одной деревне, ходил в ту же церковь, что и его отец, и пахал ту же землю, вопрос «кто я?» вряд ли приходил в голову. Ответ давали сословие, приход и семья. Города, переезды, смена профессий в течение одной жизни, распад старых сословных и классовых перегородок превратили этот ответ в предмет выбора, а интернет добавил ещё и возможность вести параллельно несколько версий себя.

В статье ставится цель систематизировать современные теории идентичности и понять, насколько они пригодны для анализа российского общества. Для этого нужно описать ключевые концепции, подобрать основание для их группировки, оценить сильные и слабые стороны каждой и показать, какие из них полезны при изучении гражданской идентичности в России.

Материалы и методы

Статья построена как теоретический обзор первоисточников. Это книга Э. Эриксона «Идентичность: юность и кризис» 1968 года [2], подытожившая идеи его «Детства и общества» (1950); статья Дж. Марсиа о статусах эго-идентичности, вышедшая в 1966 году [5]; работа А. Тэшфела и Дж. Тёрнера 1979 года об интегративной теории межгруппового конфликта [7]; «Модерн и самоидентичность» Э. Гидденса (1991) [3], «Текучая современность» З. Баумана (2000) [1] и «Власть идентичности» М. Кастельса (1997) [4]. Российский контекст представлен Стратегией государственной национальной политики, утверждённой Указом Президента от 19.12.2012 № 1666 [6].

Использованы методы сравнительного анализа концепций и классификации. Основанием для группировки выбран ответ каждой теории на вопрос о том, откуда берётся идентичность: из внутреннего развития личности, из принадлежности к группе или из рефлексивного выбора в условиях изменчивого общества.

Результаты

Идентичность как результат развития личности

Эриксон описывал идентичность как переживание того, что ты остаёшься собой и сегодня, и через десять лет, причём это чувство должно получать подтверждение от значимых для человека людей. Складывается оно в юности, когда нужно свести воедино детские идентификации с родителями, собственные способности и то, чего ждёт общество. Если свести не получается, наступает «спутанность ролей»: молодой человек мечется между профессиями, не может определиться с убеждениями и не понимает, где его место. Эриксон знал это состояние не понаслышке, поскольку сам долго странствовал по Европе, прежде чем начал преподавать в Вене и учиться психоанализу у Анны Фрейд.

Дж. Марсиа сделал эту идею пригодной для эмпирического измерения. Он предложил оценивать два параметра: прошёл ли человек через период поиска и принял ли он определённые обязательства. Их сочетание даёт четыре статуса: достигнутая идентичность, мораторий, предрешённая идентичность, когда обязательства приняты без поиска, обычно по образцу родителей, и диффузная идентичность. Статусная модель стала одной из самых используемых в психологии, по ней проведены сотни исследований, в том числе на российских студентах.

Идентичность как принадлежность к группе

Другую линию открыли британские социальные психологи. В экспериментах с «минимальными группами» А. Тэшфел показал, что людям достаточно случайного разделения, например по предпочтению одного из двух художников, чтобы начать отдавать преимущество «своим». Из этих опытов выросла теория социальной идентичности: часть представления о себе человек черпает из принадлежности к группам и стремится к тому, чтобы его группа выглядела лучше других. Дж. Тёрнер развил её в теорию самокатегоризации, объяснив, почему в одних ситуациях человек воспринимает себя как отдельную личность, а в других — как типичного представителя группы.

Групповой подход хорошо объясняет межэтнические и межгрупповые конфликты, поведение болельщиков, солидарность в трудовых коллективах. Его слабость в том, что он мало говорит о содержании идентичности: теория описывает механизм «мы — они», но не отвечает, почему для одних людей главной оказывается профессия, а для других национальность или вера.

Идентичность как рефлексивный проект

Социологи конца XX века сместили внимание с механизмов на исторические условия. Э. Гидденс назвал идентичность в эпоху позднего модерна «рефлексивным проектом»: традиция больше не подсказывает человеку, кем быть, и он вынужден постоянно выстраивать и пересказывать собственную биографию, выбирая образ жизни из множества вариантов. З. Бауман пошёл дальше и описал «текучую современность», где устойчивые идентичности становятся обузой, а успешным оказывается тот, кто готов легко менять работу, место жительства и круг общения.

М. Кастельс, напротив, обратил внимание на то, что глобализация порождает не только текучесть, но и сопротивление ей. Он различал легитимирующую идентичность, которую поддерживают государственные институты, идентичность сопротивления, возникающую у групп, чувствующих угрозу своему образу жизни, и проектную идентичность, когда люди на основе имеющихся культурных ресурсов строят новое представление о себе и стремятся изменить общество. Основные различия подходов сведены в таблицу 1.

Таблица 1 — Сравнение основных теорий идентичности

Ключевые работы, на которых строятся эти подходы, появились на протяжении примерно сорока лет (рис. 1). Хронология показывает, что внимание исследователей последовательно смещалось от личности к группе, а затем к обществу в целом.

Обсуждение

Рассмотренные теории не исключают друг друга. Статусная модель Марсиа описывает, как отдельный человек приходит к своему выбору, теория социальной идентичности объясняет, почему этот выбор окрашивается отношением к «своим» и «чужим», а концепции Гидденса и Баумана показывают, в каких исторических условиях сам выбор стал неизбежным. В эмпирическом исследовании их удобно сочетать: например, измерять статусы идентичности у молодёжи и одновременно выяснять, с какими группами она себя соотносит.

Для российского общества особенно интересна типология Кастельса. Стратегия государственной национальной политики ставит задачу укрепления общероссийской гражданской идентичности, то есть, в его терминах, поддержки легитимирующей идентичности, которая должна сочетаться с этническими и региональными. Насколько эта задача решается, нельзя понять, опираясь только на массовые опросы о гордости за страну: нужно учитывать, как люди соединяют разные уровни принадлежности и в каких ситуациях на первый план выходит тот или иной из них.